Иррациональное в художественной речи. На материалах произведений Б.Ю. Поплавского

                                                                          «О Морелла, усни, как ужасны орлиные жизни…».

«Вот звучит это – ничего не поделаешь, звучит – а ведь какая бессмыслица.» - писал в своей рецензии на сборник «Флаги» молодого поэта иммигранта Б. Попавлоского Владимир Набоков в 1931 году. «Звучит» и « бессмыслица» - та оппозиция, в контексте которой будет рассматриваться присутствие иррационального в художественной речи, как на уровне произведения, так и на уровне его восприятия.

Борис Поплавский

Я исхожу из посылки, согласно которой иррациональное изначально присуще художественной речи. Категориально иррациональное противоположно рациональному как рассудочному, сознательному, логическому. Следовательно иррациональное – это абсурдное, бессознательное, алогичное. Здесь возникают определенные вопросы историко-теоритического плана – именно, как иррациональное,, вмещающее целый горизонт смыслов проявляется в художественной речи. Иррациональное на уровне построения произведения можно трактовать в сфере бессознательных импульсов письма и в сознательном отказе от центрированности, организованности построения. Но ведь сам этот отказ может восприниматься как рациональный, сознательный фактор,

Антон Куликов: Особенности структуры романа Б.Ю. Поплавского «Аполлон Безобразов»

Антон Куликов - поэт-верлибрист, переводчик и исследователь творчества Бориса Поплавского. Именно Антон познакомил меня несколько лет назад с работами этого замечательного поэта, за что я ему бесконечно благодарна. С удовольствием публикую в своем блоге одну из работ Антона, посвященную роману Поплавского "Аполлон Безобразов". Ранее этот материал нигде не публиковался.

Антон Куликов: Особенности структуры романа Б.Ю. Поплавского «Аполлон Безобразов»

В эпиграфе к роману Генри Миллера «Тропик Рака» приводится мысль Ральфа Эмерсона о том, что особый род автобиографии в будущем заменит традиционный тип романа. Имплицитно эта мысль оказалась пророческой относительно постмодернистского романа. Мифилогизация автобиографии как важный элемент создания прозаического произведения, оказалась неотделимой от творчества многих писателей-новаторов, от В.Набокова до Вен.Ерофеева. Принцип автобиографичности широко использовали битники (А.Гинзберг, Дж. Керуак, У. Берроуз, Р. Бротиган).

Глубоко автобиографичен роман «Аполлон Безобразов», принадлежащий перу известного русского писателя-эмигранта Б.Ю.Поплавского.

Борис Поплавский: погибшая надежда русской литературы

 Минувший 20 век был, мягко говоря, суров к писателям и поэтам, не балуя их легкими судьбами. Две войны, революция, коммунистический режим – все это наложило отпечаток на русскую и советскую литературу. Многие, безусловно, талантливые авторы, с трудом пробивали себе путь к читателю, как Булгаков, другие предпочли эмиграцию, как Набоков или Цветаева, а немало литераторов сгинуло в кровавой мясорубке тех смутных времен, как Мандельштам или Бабель. Тем не менее, творчество этих писателей и поэтов все-таки получило заслуженную популярность, а их имена заняли свое место в литературном ряду. Но так повезло, увы, не всем. Наверняка, многие достойные авторы были незаслуженно забыты, а многие произведения были опубликованы через годы после смерти авторов. Настоящим рекордом даже для трагичного 20 века можно считать судьбу произведений Бориса Поплавского – стихи и романы этого талантливейшего поэта были изданы лишь через 60 лет после его смерти.

Борис Поплавский – самый загадочный поэт 20 века. Сын русских эмигрантов, покинувших Россию после революции, он был одним из самых ярких, талантливых литераторов русского зарубежья. Он был лидером молодых поэтов, которые пытались создать свое, новое направление, его считали надеждой русской литературы, им восхищались Зданевич, Набоков, Гиппиус, Бердяев и многие другие писатели, философы, поэты того времени. Мережковский совершенно на равных обсуждал с ним сложнейшие философские концепции и считал, что «если эмигрантская литература дала Поплавского, то этого одного достаточно для ее оправдания на всех будущих судилищах». Однако время рассудило иначе.