среда, 12 февраля 2014 г.

Эрнесто Че Гевара: старая сказка на старый лад

Он больше прекрасных стихов не писал,
Он стал властелином вселенной…

Этот текст – немного больше, чем просто дань моде. Это – отчасти поход в глубину собственного сознания с фонарём и страховочным тросом (мало ли что!), отчасти – попытка заглянуть из прошлого в будущее, отчасти – неудавшееся заклинание косноязычного шамана для прелестницы-музы, привыкшей к куда более изысканным песням… Корявый туземный верлибр о человеке, называвшем себя «неудавшимся поэтом» в письме к Леону Фелипе, которого (к слову, как и Ахматова) он считал самым выдающимся из испанских национальных поэтов и книгу стихов которого обычно держал у изголовья…
Эрнесто Че Гевара
Одна моя знакомая заявила однажды – «не хочу стихов, подайте мне поэзию!» – и чем дальше, тем пронзительнее мне внятен этот нерв поэзии, которая есть крушение стен повседневности и беспощадное прозрение, берущее за глотку – вне зависимости от того, написана она пером или кровью. Причём кровью лишь собственной – чужой кровью пишется, в лучшем случае, история. Незадолго до смерти наш герой
примерно это же и написал в своём дневнике: «Меня называют авантюристом… Что ж, в этом есть некоторая доля правды. Но я – из тех авантюристов, которые расплачиваются собственной шкурой, чтобы доказать свою правоту…»
Итак, – не смейтесь – Че Гевара.
В Латинской Америке Эрнесто Че Гевара давно стал больше, чем легендой, больше чем национальным героем. Множество сложенных про него песен можно сравнить с количеством наших анекдотов про Чапаева.
Как утверждал изветный писатель и критик Дмитрий Быков в своей лекции «Ну чё, Гевара?» - с точки зрения человека западного, особенно либерала, жизнь Че Гевары – это цепь неудач и проигрышей, причём неудач нелепых и порой позорных. Его опыт правления страной – кинокомедия, его участие в боевых действиях – шоу, по сравнению с которым похождения Швейка покажутся вам образцом героизма и осмысленности. Однако для жителей Латинской Америки, Че Гевара – самый настоящий  святой, исполненный благих побуждений. А то, что он практически ничего не достиг на поприще мировой революции, не имеет ровным счётом никакого значения. Даже то, что он как-то всё время оказывался не там, где планировал (ехал в путешествие лечить прокажённых – но большую часть времени занимался чем попало, даже тренировал футбольную сборную где-то в бразильском захолустье; ехал поддержать восстание на Кубе близ Сантьяго – сбился с курса, опоздал и потом месяц бродил по джунглям и  горам Сьерра-Маэстры; ехал помогать конголезским повстанцам – а вместо этого сложил буйну голову в Боливии и т.д.) – с точки зрения латиноамериканца является образцом добродетели и едва ли не благословением, признаком высшего доверия судьбе: идти не туда, куда хочешь, а куда Бог приведёт…
Судите сами: Его действия на посту сначала министра индустриализации, а позже главного банкира страны в полной мере достойны изумления. Слишком уж много во всем этом было непрекрытой необязательности, непрагматизма. И при этом все похождения Че были очень обаятельны. Представьте себе такую картину - собираются у Гевары, например, директора предприятий – и говорят не о делах, не о бизнесе, не об экономике разрушенной страны. А о литературе, о музыке. И Че Гевара рассказывает директорам этим  про Шпенглера. Или о том, как будучи подростком восхищался Фрейдом… И главы заводов и фабрик как-то задают Геваре вопрос: «Что вы думаете о морали?» - «Это самый трудный вопрос на который мне приходилось отвечать», говорит Че. А затем 40 минут рассуждает о морали, о том как он её видит, о том, что высшая нравственность – по его мнению, в самопожертвовании. И что жертвовать самим собой намного проще и даже приятней, чем другими… Как видите, интересным руководителем был Че Гевара. А из всех латиноамериканских революций эта, с участием Фиделя и Че, была, вероятно, самая бескровная и самая романтическая…
Быть функционером, руководить банками и заводами, он очень скоро перестал. Ему попросту это надоело. Обратите внимание - в истории кровавого и жадного 20 века было так мало революционеров-победителей, которые бы добровольно отказались от власти. В своём знаменитом прощальном письме он снова выказывает своё поэтическое (совершенно непрактичное, но к чёрту практичность!) восприятие своего места в мире: «Я вновь чувствую своими пятками ребра Росинанта. Снова облачившись в доспехи, я пускаюсь в путь…»
Он не напрасно вспоминает хитроумного идальго Дона Кихота Ламанчского (точнее, его коня). Трогательный безумец, он был, пожалуй, куда большим рыцарем, чем все рыцари Средневековья… А какой же Дон Кихот, какой рыцарь, сможет стать министром? Дон Кихот должен сражаться  с великанами  во славу своей прекрасной дамы. В случае Че – революции, – которой он, как истинный возлюбленный, писал стихи.

Пойдем
И, все преграды прошибая лбом,
Увенчанным повстанческой звездою,
Победу вырвем или смерть найдем…

Поэзия — это всегда частное пространство, и поэт – и хороший, и плохой – использует стихи, чтобы написать то, что он не вписал бы в дневник, о чем не сказал бы в биографии или переписке. Стихи молодого доктора Гевары говорят о нем больше, чем его статьи – точнее, говорят о том, о чём статьи умалчивают.

Какая сила сохраняет тебя вдали от веков
живой и трепещущей, как в юности?
Какой бог вдыхает в конце дня
живительный воздух в твои каменные плиты?

В них он отражается как в зеркале – и в революционных речёвках, и в восхищении перед таинственной красотой древних замшелых камней городов майя, и в болезненном переживании собственного бессилия у кровати умирающей старушки, когда речь его сбивается в путанный, неровный верлибр, без попыток даже гнаться за такими красивостями как рифма…

Возьми мою руку, она кажется детской,
в свои красивые руки цвета жёлтого мыла.
Разотри свои грубые мозоли на безгрешных пальцах
в нежном смущении моей руки – руки врача.

Че Гевара недаром стал самым ярким воплощением возвышенного революционного мифа. Он был совершенно бескорыстен, полностью романтичен и временами просто нелеп – революционер-астматик, партизан-аллергик, банкир-самоучка… Но – разве можно в него не влюбиться на фоне бесконечных самовлюбленных профессионалов, живущих по правилам мира где зло – в порядке вещей… Че Гевара трогателен, старомоден – но как нельзя актуален в нашем современном мире, где каждый глубоко верит в то, что любая попытка радикального переустройства мира обречена… Можно ли ЛЮБИТЬ этих самоуверенных типов, скажите мне?! Можно ли среди нового Рима не восхищаться этим странным изводом христианства, который представляет собой этот латиноамериканский революционер? Тот, кто способен не вздрагивать от счастья и непостижимой тоски, слушая «Bella Ciao», ущербен в чём-то важном и очень серьёзном. Но вряд ли можно объяснить ему, чего он лишился…
О его смерти известно едва ли не больше, чем о жизни. Но истинная святость невозможна без канонической гибели. Конечно же, Дон-Кихот все так же будет читаться  героем, даже если он не уничтожил ни одного великана. Потому что в современном мире олицетворяющие зло великаны и драконы меняют обличья, а вот несправедливость – категория этическая, и потому постоянная.
Чем бы там ни занимался реальный Че Гевара, а в последователей своих он учит только добру, воспитывает в них только хорошие качества: неравнодушие к чужим проблемам, упорство, самоотверженность, бессребреничество и начитанность. И, наверное, не стоит бояться того, что эти простые истины воспринимаются современниками в форме бренда, товарного знака. В конце концов, если в наше время истина может быть подана  лишь в виде товарного знака – это проблема нашего времени, а не истины… Как говорится, сказка – ложь, да в ней намёк.

А думаете, это так уж просто – взять и сочинить сказку? Если сказка настоящая, то её создателю придется едва ли не из собственных ребер выстроить, выкроить маленький уголок, спрятанный от всевидящего взгляда телевизоров и скучающих толп, – уголок, в котором надо – нет, не придумывать, а заново создавать мир, выстраивая быль из небылиц, выкладывая волшебные узоры из привычных слов, колдуя над ними до рези в глазах, до грохота и звона сталкивающихся смыслов, чтобы вырвать их у обыденности и превратить, переплавить в то маленькое мгновение, в тот метафизический парадокс, в котором побеждает добро, когда без задней мысли только что созданный герой, у которого еще чернила на губах не обсохли, вдруг решается рискнуть своей придуманной – но такой настоящей жизнью, чтобы бросить вызов злу – такому знакомому, но простому и не изощренному, для победы над которым достаточно доброго меча да, быть может, чуть-чуть удачи… Думаете, это так просто – взять да и отправить отважного рыцаря на битву с драконом, Дон-Кихота – на штурм мельниц, а Маленького Принца – на последний разговор со змеей в пустыне? Если сказка настоящая, то это так же больно, как матери потерять ребенка, как ребенку, когда закончилась сказка – настоящая сказка, – когда до слез, до светопреставленья жутко оттого, что сказка закончилась, потому что вместе с ней закончилась жизнь – потому что то, что осталось, ни нашей, ни жизнью не является…
И у Гевары, похоже, получилось как раз сочинить такую сказку – не то чтобы сочинить даже, а прожить. По сей день его образ будоражит умы, о нём пишут книги и песни, размышляют и домысливают… Его образ имеет множество самых различных прочтений – от восторженных до холодно-аналитических, от благородного разбойника до разбойника неблагородного, палача и «насильника, грабителя, мучителя людей» (с). И однако ж сохраняет свою притягательность, порождая самые разные домыслы, служащие лишь новым стимулом для интереса к его личности. При этом отсутствие сколько-нибудь значимых достижений (кроме одной революции в крохотной Кубе) неожиданно создаёт такой себе «эффект незаконченности», который любил придавать своим произведениям ещё Микеланджело…

Дай мне винтовку
И укрытье в скалах,
И больше ничего…

После смерти Гевары в деревушке Ла Игуэйра многие жители Латинской Америки стали считать его святым покровителем бедняков, обращаясь к нему “San Ernesto de La Higuera” (Святой Эрнесто Ла-Игуэрский). Может, недаром многие говорят, что ни один мертвый не был так похож на Христа, как Че…

Автор: Алексей Деркунский (специально для блога Верлибры и другое)
Перевод стихов Че Гевары - Е.Долматовский, А. Игнатова, А. Воинова



Возможно, Вам также будет интересно:






Комментариев нет:

Отправить комментарий